Share Button

Цифровые технологии переформатируют мир

Мы живем, возможно, в самое выдающееся десятилетие для многих из нас. Мы двигаемся от одного набора индустриально-промышленных политик, которые очень хорошо нам послужили и помогали подниматься из бедности и развивать технологии. Но мы увидели, что наша система стала достаточно хрупкой – это началось еще перед наводнением. А когда началась пандемия, это стало знаком того, что наша стойкость оказалась не такой, как мы думали. Нам нужно было время все это понять, а теперь еще и ситуация в Украине ведет нас к тому, что пора переформатировать наш разговор о будущем. Мы должны подумать об архитектуре мира, где трансформации происходят трансгранично, о чем бы ни шла речь – об экономике, обществе, геополитике или демографии.

Теперь мы понимаем, что отношения между машинами и людьми очень меняются. Если говорить об идее будущего Украины, то преобразования должны быть такими, чтобы она стала действительно цифровой страной – большинство рынков прошлого перейдут к новейшим технологиям. То же касается и большинства экономик. Я знаю, что в Украине уже есть Министерство цифровой трансформации – они очень активны во время войны и пытаются понять, как технологии помогают нам пройти определенные ограничения.

«Цифровая трансформация» как концепция появилась в начале тысячелетия и была введена в 2010 году. Это то, как преобразовать существующие процессы в цифровые. И мы уже говорим о когнитивной эре, где все больше технологий будет сконцентрировано вокруг мозга, откуда и будет возникать дальнейшее развитие алгоритмов. Что значит для общества переход к такой когнитивной эре? Это значит, что мы будем иметь дело с проблемами, которые никогда раньше не видели – у нас не было прецедентов и нет «чертежей» для их решения. Но есть дискуссия о метавселенной: мы будем говорить о цифровых музеях и так далее, но также будет иметь цифровые госпитали с телемедициной, где будет доступ к лучшим врачам мира. А если случается в метавселенной преступление, то что тогда? И вот таких вопросов каждый день будет больше, если мы двигаемся по этому пути.

Роль технологий – это уже не о политике большей эффективности или о факторе развития экономики, а об экономике, которая переформатирует мир вообще. И мы это уже видим на примере того, что происходит в Китае: там говорят уже не просто о торговле, а о технологиях и искусственном интеллекте.

6С, изменяющие привычную реальность

В нашей книге «Большая ремобилизация», которую мы готовим к выходу в 2023 году с Олафом Гротом и Теренсом Это, мы вводим понятие когнификации. Таким образом, мы хотим понять, как выстроена оперативная система Глобализации 2.0. То есть мы пытаемся подумать о стратегиях через призму происходящего в мире. И после когнификации мы определяем еще пять элементов, начинающихся с буквы С в английском (К – в украинском – ред.)

Covid 19/ Ковид 19 появился здесь не потому, что мы возвращаемся к боязни пандемии, но потому что эпидемия фактически подтолкнула нас к чему-то – это был акселератор. И в книге, в частности, мы пишем, каким образом ковод сменил интернет.

Второе С – это понимание Crypto/Крипто, если речь идет о деньгах. Скорее всего, такие страны как Украина не смогут играть исключительно по правилам традиционной монетарной политики – они должны присутствовать и в цифровой валюте, потому что только так теперь мы сможем работать, особенно если речь идет о восстановлении и о том, как по-новому подумать о торговле. Возможно, крипта будет формировать не только сеть, но и то, как мы производим финансовые транзакции. Мы должны понять не только традиционные формы крипт как валюты, но и саму формулу токенизации.

И дальше мы говорим о Cyber ​​Security/Кибербезопасность – мы уже очень многое знаем о вызовах, которые были в США, как во время войны Россия пыталась хакнуть систему безопасности Украины. И эта угроза может касаться не только стран, но и баз данных, патентов, медицинских систем.

И последние два раздела – это действительно планетарные вызовы: Climate change/Климатические изменения и China/Китай (то, какую роль он играет на глобальном уровне). Изменение климата – это не только об увеличении температуры. Это также о том, что мы по-новому должны думать об экономике и человеческой географии. Появятся климатические кредиты, мы будем больше говорить о смягчении, адаптации климата и меньше – о его изменениях, потому что почти подошли к точке понимания, что климат не вернется к тому, каким был 30-50 лет назад. Видимо, климатическая экономика начнется с новых форм энергетики, и задача состоит в том, как смягчать эффекты, не утрачивая процветания и конкурентности.

И последнее С – Китай: речь идет о том, как влияют на мир торговые войны между этой страной и США в отношении полупроводников, о политическом отношении Китая к войне и так далее. Сегодня Китай – не просто страна, а система, бросающая вызов Всемирному Банку. 7 из 10 крупнейших строительных компаний – китайские, 9 из 10 технологических компаний – также китайские. Если мы посмотрим на искусственный интеллект или венчурный капитал, то половина тоже идет от Китая, а другая половина приходится на остальные страны, включая США и Европу.

В каком направлении развиваться Украине?

Мы говорим о крипте как о пути создания стоимости не только в смысле денег, но и в смысле того, как мы вознаграждаем социальную работу или благотворительность. То есть то, что традиционно идет не от централизованной системы. В восточных странах криптовалюты используют, чтобы вознаградить волонтеров. Но мы еще далеки от того, где мы должны быть, и многие нормативы еще предстоит принять. Крупные технологические компании должны заработать с правительствами. Я знаю, это звучит наивно, но на сегодняшний день многие компании как Нестле или Проктер энд Гэмбл фактически решают, какие продукты мы используем, что мы должны есть. Но вместе с тем, они многое прошли, пока достигли стандарта, безопасного для граждан. И я думаю, что на уровне стран мы тоже нуждаемся в технологии определенного стандарта управления. Ибо глобальное правление – это критическая часть процессов. Мы должны думать глобально, но действовать локально, чтобы защищать граждан.

У нас есть примеры стран, которые смогли совершить экономический скачок. Речь идет не столько о фискальной и монетарной политике и отношениях с наукой, сколько о том, как малая или большая страна может подумать о своей структуре – об отношениях между федеральным и муниципальным, чтобы они были здоровыми. А также речь идет об инновациях. Города могут двигать прогресс и изменять страны. Например, несколько лет назад Португалия была почти на грани дефолта, но Лиссабон начал создавать такую ​​инфраструктуру, которая приблизила страну к Западной Европе. И теперь они привлекают многие индустрии к себе. Мы видели это в странах Балтии, которые смогли приоритезировать технологию – Эстония создала первый электронный портал в Европе. Сегодня точно есть пути для поднятия экономики до следующего уровня.

Или в качестве примера – Израиль, который несколько лет назад был не очень продуктивным, зависел, в основном, от субсидий. Но есть трансформация Тель-Авива, когда они превратились в хаб венчурного капитала и поэтому привлекли очень много инвестиций. Было бы хорошо, если бы Украина подумала о себе с точки зрения, как стать такой цифровой нацией. Мы должны думать об изменениях инфраструктуры и о том, что Украина – это страна 21 века, чтобы она не зависела от товаров и двигалась в сторону цифровых технологий.

Следующая лекция в рамках национального общеобразовательного проекта ReInforceUA запланирована на 28 сентября. Она заинтересует прежде всего наемных работников и будет посвящена тому, как доносить правду до руководства. Меган Рейц, профессор Международной бизнес-школы Hult, где она преподает, исследует, консультирует и координирует вопросы пересечения проблем лидерства, изменений, диалога и внимательности. Она входит в рейтинг ТОП-50 глобальных бизнес-мыслителей Thinkers50 и в список самых влиятельных мыслителей журнала HR. Она – автор книг «Диалог в организациях» и «Время разума».