Хей, мамбо!

 

«Мамбо, ты в порядке?» — седой длинноволосый мужчина в чудаковатом приталенном сюртуке мышиного цвета трижды стучит по стене самого известного склепа на самом известном новоорлеанском кладбище Saint Louis Cemetery.

Наверное, его сюртук — из лавки винтажной одежды на Роял-стрит: Новый Орлеан так помешан на своей креольской старине, что, кажется, маятник времени завис над Французским кварталом. Уличные музыканты щиплют душу, вытаскивая звуки из веревок, натянутых между тазом и шваброй. На пристани Миссисипи, как и двести лет назад, бьет в колокол отшвартовывающийся пароход. Здесь пританцовывают на похоронных процессиях, а из окон сувенирных лавок широко улыбаются скелеты в черных фраках, напоминая о Бароне Субботе, правящем потусторонним миром.

 

 


Барон Суббота — персонаж, упоминания о котором вы встретите в Новом Орлеане на каждом шагу. В религии вуду он один из невидимых духов, выполняющий роль проводника из мира живых в царство мертвых. Кто-то считает, что он и вовсе этим царством правит.

В отличие от более привычной нам старухи с косой Барон Суббота — типчик довольно веселый, одержимый выпивкой, табаком, танцами и сексом. Он смотритель всех кладбищ, покровитель пиратов, бандитов и разбойников. По его же ведомству проходит черная магия. И если Барон берет под крыло какого-то колдуна, тот обретает особые способности, в частности прямое общение с душами мертвых.

В самой популярной своей ипостаси Барон Суббота — скелет-франт в черном фраке, в цилиндре и с неизменной сигарой во рту.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

А костюм седовласого Джонни, кажется, был в моде еще века полтора-два назад, во времена мистической Мари Лаво, известной как Королева вуду, или Мамбо, то есть «верховная жрица».

Именно у ее могилы ошивается Джонни. Он называет себя «учеником королевы», а на самом деле, конечно, просто один из тысяч тех, кто даже спустя два века умудряется скромно зарабатывать на интересе туристов к мистической истории Нового Орлеана. И надо признать, что Мари Лаво сделала для создания мистического ореола больше, чем кто-либо другой.

 

Три по горизонтали

 

Стена ее склепа вся исцарапана крестами. Как будто кто-то играл в «крестики-нолики» один, за неимением противника. Три креста по горизонтали — перечеркивать не надо — три стука в склеп, и желание сбудется, гласит местное поверье.

«Попросила, чтобы королева помогла мне удачно выйти замуж и найти хорошую работу», — как на духу призналось мне хорошенькое создание в джинсах, которое только что начертило три магических крестика, засунуло в щель в стене склепа записку и монетку в 25 центов. Впрочем, уже через несколько минут ее четвертак из стены ловко выковыривает Джонни, не брезгующий и таким заработком.

«Не рисуйте кресты на этой могиле, не надо. Если хотите, чтобы ваше желание сбылось, лучше постучите, обойдите три раза вокруг склепа и потом сделайте хорошее дело. Например, дайте десять долларов нуждающемуся», — объясняет, будто оправдываясь, «ученик королевы».

Могила «королевы вуду» Мари Лаво и ее единственный прижизненный портрет (на фото справа)

 

Королева в восхищении! Мы в восхищении!

 

Мари Лаво в Новом Орлеане личность и вправду легендарная. Мулатка, рожденная свободной, взращенная в католической традиции и впитавшая пряную смесь афрокарибской культуры, она первой сумела смешать в одном флаконе культ гаитянских рабов и христианские каноны.

Привнеся в закрытые оргии вуду знакомые для католиков ладан, святую воду и статуэтки святых, она распространила свое влияние и на белый истеблишмент, сумела приспособить силу духов для личного процветания и даже политического влияния. Она посредничала на выборах, продвигала нужных людей на ключевые посты. Говорят, стоило ей пожевать перец и сплюнуть под кресло судьи, как неизбежная виселица заменялась оправдательным вердиктом. Она исцеляла и исполняла желания, а прорицания ее были поразительно точны. Скептики, впрочем, непременно упомянут, что талант гадания на растопленном воске подкреплялся невероятно обширной сетью осведомительниц, состоящей из чернокожих служанок самых респектабельных домов.

Витрина одного из сотен магазинов в городе, торгующих вуду-сувенирами

 

Проклятия новоорлеанской Мамбы были ужасны. Мари Лаво умела изготовить настоящий гри-гри — магический амулет, не чета тем, что висят в местных лавках вуду. В матерчатый мешочек набивалась смесь из разных ингредиентов, как то: толченая печень совы, сердце одноглазой жабы, когти летучей мыши, зубы акулы, клок кладбищенской травы — смотря на что загадывать. Очень сильное средство — мизинец негра-самоубийцы, особенно если гри-гри сшить из его же савана волосками, выщипанными из хвоста черной кошки.

Амулетами с такой начинкой Мари уложила в гроб по меньшей мере одного губернатора и одного вице-губернатора, утверждают в местном музее вуду. А доказательств нет. На одного напала неведомая болезнь, а другого кто-то выбросил на полном ходу из его собственной кареты.

 

В чем правда, брат?

 

Некоторые в Новом Орлеане полагают, что Королева вуду и не умирала вовсе. Один нищий клялся, что, проснувшись ночью на кладбище, своими глазами видел шествие мертвецов во главе с Королевой.

Исторический центр Нового Орлеана — Французский квартал — не пострадал даже во время урагана «Катрина»

«Свидетельства бродяг, видевших «шествие», кочуют со времен Великой депрессии, пересказываются гидами, упоминаются в письменных источниках. Опомнитесь, можно ли доверять бомжу, который упился до смерти и впал в белую горячку?» — сердится Джо Никель, специалист из Commettee for Sceptical Inquiry (Комиссия скептических расследований), разоблачающей магию с чертовщиной и исследующей факты исключительно с научной точки зрения.

Никель в прошлом был эстрадным иллюзионистом и уже поэтому не верит в привидения и гри-гри. Он уверен, что Мари Лаво никакая не ведьма и не святая, а одаренная мистификаторша, ловкая интриганка, предприимчивая мошенница, пронырливая собирательница слухов и сплетен, наглая шантажистка и даже феминистка.

Но кому нужна такая правда? Уж точно не местным жителям. Народ Нового Орлеана, поклоняющийся своим живым мертвецам, не хочет слушать Никеля. Ведь то, что для него — суеверия и пережитки религиозного сектантства, для них — источник существования. Как-то энтузиасты решили провести на Saint Louis Cemetery серию экспериментов для изучения паранормальных явлений в попытке разобраться, какими же маршрутами ходит привидение Мари Лаво. Но городской совет под давлением общественности эксперименты запретил. Объяснимая реакция — вдруг не найдут ни маршрутов, ни приведений. О чем тогда рассказывать туристам?

 

Новоорлеанский маньяк-тур

А пока они тысячами приезжают в Новый Орлеан именно за атмосферой тайны и магии. И даже если кого-то разочарует вид старого склепа Мари Лаво, не страшно — в городе еще много мистики. Можно заказать, например, ночной тур по следам местных вампиров и маньяков.

Биографий новоорлеанских исторических персоналий хватает на кучу голливудских сериалов в стиле хоррор. В полнолуние запросто может примерещиться призрак серийного убийцы по кличке Лесоруб. Особенно если опытный экскурсовод вовремя приведет вас на место его преступлений. Тень с занесенным топором — только это и вспомнила одна из его выживших жертв миссис Шнайдер, атакованная возле собственного дома на Эльмира-стрит.

Имя Лесоруба, наводившего ужас на город, так и осталось тайной. Изгнать его удалось с помощью… музыки. В письме в местную газету 13 марта 1919 года Лесоруб анонсировал очередное убийство на ближайший вторник. Но, кроме того, признался, что обожает джаз и потому зарекается убивать в местах, где будет играть музыка. И в тот самый вторник началась самая долгая и самая массовая джем-сейшен в переполненных клубах Нового Орлеана. А Лесоруб с тех пор сгинул без следа.

Уличные музыканты — непременный атрибут улиц Нового Орлеана

 

Под утро, когда, пошатываясь, разбредаются последние посетители баров, на улицах, говорят, можно встретить и дух самого Жана Лаффита — при жизни благородного пирата с официальной лицензией на грабеж испанских и английских судов, патриота своей родины и создателя пиратской коммуны. Биографы утверждает, что, будучи в Европе, он познакомился с Марксом и Энгельсом и настолько проникся их идеями, что вместо прежней нелегальной поставки рабов плантаторам Луизианы стал даром переправлять беглых негров на промышленный Север.

При каких обстоятельствах погиб корсар и где похоронен, не знает никто. Встретить призрак пирата, говорят местные, — это к добру: он, если захочет, расскажет, где зарыл свои сокровища. И ничего страшного, что за последние два столетия свою тайну пират не открыл никому. Все когда-нибудь случается в первый раз.


Лариса Саенко